Розыгрыш лицензий Навител Навигатор

Внимание! Розыгрыш ценных призов от компании NAVITEL®!


Срок проведения
С 17 по 24 января 2013 года.

Призовой фонд
5 лицензий Навител Навигатор с картой на выбор.

Правила
В розыгрыше будут участвовать сто первых ЖЖ пользователей, добавивших navitelnews в друзья и сделавшие репост этой записи у себя в журнале. Всем участникам будут присвоены номера от 1 до 100, а победители будут определены с помощью генератора случайных чисел.

24/01/2013 в 12:00 в журнале navitelnews будет размещен пост с поздравлением пяти счастливчиков.

logo_white_small
Я

Колониальная политика Беларуси

Originally posted by internautus at Колониальная политика Беларуси
Originally posted by minski_gaon at Колониальная политика Беларуси

Беларусь сформировалось как государство за счет колониальной политики -- были колонизированы полешуки, литовцы и ряд других народов. Сейчас Беларусь управляется людьми, которые не имеют никаких геополитических стратегий. Ну что с них взять, люди без какого-либо образования. А единственно верная стратегия страны, сидящей на транзитных потоках, -- колонизация соседей. Причем колонизация масштабная, по целому ряду регионов.
Collapse )
Я

Счет в литовском банке

Поделитесь кто информацией, на сколько оперативно можно открыт ьсчет в литовском банке, и главное в каком? Основная цель - возврат НДС. Заранее спасибо.
Я

Негромкий победитель

Originally posted by kilgor_trautt at Негромкий победитель
Photobucket
© kilgor_trautt

Сегодня утром ушел Вацлав Гавел.

Когда речь заходит о моральности в политике, его имя вспоминается первым. И после упоминания Гавела продолжать ряд безумно тяжело. Он оказался человеком, способным поднять нравственную планку в политике до такой высоты, до какой поднимаются единицы. Поднимаются, подтягивая к этой высоте всех остальных. Ему принадлежит высказывание, которое, пожалуй, объясняет его потрясающий путь в политике лучше многих других: "Политика не есть искусство возможного; политика — искусство невозможного".

Будучи от природы отнюдь не богатырем, он проявлял чудеса мужественности. Выйдя в очередной раз из тюрьмы, и предупрежденный о неминуемом аресте в случае продолжения политической деятельности, он мог спустя всего несколько дней написать обращение к народу, распространить его, и снова оказаться за решеткой. Многие, кто оказался на Вацлавской площади в день победы Бархатной революции, увидев Гавела впервые в жизни, были раздосадованы тем, что перед ними был не двухметровый исполин, а невысокий, светлый, улыбчивый человек.

Так получилось, что мы знакомились с ним дважды: один раз заочно -- в 2005 году, второй, очно, в 2007. Весной 2005 года, когда организовывался Белорусский Свободный театр, через своих друзей мы обратились к Вацлаву Гавелу и Тому Стоппарду с просьбой стать попечителями создаваемого театра. В итоге, два драматурга, которых в жизни связывает многолетняя дружба, ответили согласием, став не только патронами театра, но и его друзьями.

С Гавелом мы впервые встретились очно в августе 2007 года, когда он пригласил нас приехать в Градечек, культовое место в Татрах, где располагаются загородные дома Гавела и его друга режиссера Андрея Кроба. Именно там, в Градечке, в годы коммунистической диктатуры, проходили подпольные театральные фестивали, которые не прекращались даже в то время, когда Гавел был президентом. От той встречи осталось несколько воспоминаний. Одно из них -- Вацлав Гавел, одетый в майку с логотипом Белорусского Свободного театра на груди, вывешивает из окна второго этажа дома бело-красно-белый флаг.

Еще одно. Раннее утро. За столами и на траве сидят люди, спокойно разговаривающие, словно не было позади бессонной ночи. По поляне Гавел прогуливается под руку с красивой светловолосой девушкой, что-то ей рассказывая. Она говорит: "Господин президент, если бы мы сделали сейчас нашу фотографию ее можно было бы продать в бульварную газету тысяч за двадцать крон, а потом поделить деньги". Гавел, без тени улыбки, отвечает: "Как это пополам? По-моему, из нас только я президент". Вся поляна хохочет.

Мы трижды играли спектакли по его приглашению. Один раз в Градечке, уже в 2008 году -- в компании еще одного нашего друга Андрея Санникова; дважды -- в зале Фонда Гавела в Праге. И один раз организовали показ по его пьесе в Минске, в подполье. Наш друг Рене Левински смог привезти в Беларусь театр "На Таху" со спектаклем "Протест" по пьесе Гавела. Мой друг Дима Бондаренко, посмотрев этот спектакль, рассказывающий о конформизме во времена коммунистической диктатуры, сказал: "У меня ощущение, что Гавел понимает нашу ситуацию лучше, чем мы сами".

Даже уход со своего президентского поста Гавел "конвертировал" в драматургию, создав блестящую пьесу "Уход", а затем и киносценарий по ней. Он вложил в ее создание все оставшиеся драматургические силы, мобилизовавшись на писательство, которым не занимался к тому времени почти 20 лет. И у него снова получилось.

Последняя встреча была у него дома. Мы долго говорили, записали интервью для фильма, выпили по рюмке белорусской водки за то, чтобы в Беларуси все изменилось. Уже тогда мы знали, что жить ему осталось недолго. Но его жизнелюбие раз за разом побеждало болезнь, и мы получали от его бессменного помощника Мартина Видлака долгожданное "ему немного лучше". Том Стоппард навестил его в ноябре. Мы спросили, как он, Том ответил: "Мы попрощались".

В середине прошлой недели, когда мы готовили Манифест людей искусства о солидарности с Беларусью, который должны были подписать выдающиеся творцы мира, Наташа написала письмо Мартину. Написала, без малейшей надежды на то, что Гавел ответит. Позавчера, в пятницу, Мартин прислал письмо, в котором говорилось, что Вацлав Гавел подписал Манифест. Мартин написал о том, что Гавел сожалеет, что сейчас больше ничем не может помочь Беларуси. А спустя сутки он ушел. Ушел от болезни, полученной несколько десятков лет назад, когда, во время его очередного пребывания в тюрьме, тюремщики отказались его лечить от воспаления легких, надеясь на то, что он умрет. Он не умер -- просто у него было впереди слишком много дел, которые кроме него никто бы не сделал.

Вечная память.

Photobucket
© Dan Materna

Я

Новое исчезновение Андрея Санникова

Originally posted by kilgor_trautt at Новое исчезновение Андрея Санникова
Photobucket

Кандидата в президенты Андрея Санникова в Бобруйской колонии нет.

Об этом заявили адвокату в администрации исправительной колонии № 2 в Бобруйске (Могилевская область). Адвокат должен был сегодня встретиться с политзаключенным.

Местанахождение политика неизвестно.

Я

Наталья Радина. Побег к самой себе

Originally posted by kilgor_trautt at Наталья Радина. Побег к самой себе
Несколько месяцев назад, когда Наташа Радина еще находилась в Беларуси, Юра Дракохруст попросил написать эссе о ней, которое должно было быть опубликовано во время начала судебного процесса. Я знал, что скоро ее в Беларуси не будет, и потому писать не стал. Но несколько дней назад Юра снова попросил написать материал для книги, куда войдут эссе обо всех политзаключенных, и я "возвращаю долг".

Photobucket
photo © kilgor_trautt

Николай Халезин
Девчонка из стали

Она вошла в кабинет и села на стул. Повисла напряженная тишина. Семнадцатилетняя черноглазая девчонка в брючном костюме, с приглаженными темными волосами, смотрела на руководителей газеты взглядом партизанки, приготовившейся к допросу. Ее губы были нервно сжаты, плечи наклонены чуть вперед – скрытая решимость к любому повороту событий.

Отдел новостей газеты «Имя» пополнился новой сотрудницей – Натальей Радиной, студенткой первого курса факультета журналистики. Она обошла три десятка соискателей, принесших папки, набитые собственными публикациями, и длинные перечни изданий, где им довелось служить. Ей не нужно было задавать вопросов на собеседовании – в ее взгляде было все, что нужно для овладения профессией журналиста – любопытство и решимость.

Позже этот ее взгляд я буду вспоминать, когда она попадет в тюрьму, и безвестность будет рисовать жуткие картины того, что с ней может происходить. Оставалось уповать на этот ее взгляд, который не позволит сотрудникам спецслужб игриво куражиться над беззащитной девушкой. Взгляд, способный отрезвить и заставить общаться на равных.

Чувство вины – еще одна примета того времени. Ты на свободе, она в тюрьме. Я накричал на нее прямо перед арестом. Желая находиться в гуще событий, она оказалась между двумя шеренгами – омоновцев и демонстрантов. В итоге – удар щитом и сотрясение мозга. Но она вернулась в редакцию и продолжила работу вплоть до того момента, когда дверь офиса Хартии была взломана сотрудниками спецслужб. Перед этим я кричал ей в трубку о том, что она опытная журналистка, и не имела права так рисковать, оказавшись в том месте, где существует риск потерять жизнь после одного удара в висок. Она тихо ответила: «Ты полагаешь, сейчас уместно на меня так кричать?». Неуместно. Глупо. Безответственно. Кричать на девушку, у которой к тому моменту боль не давала возможности поворачивать голову, а тошнота не отпускала ни на секунду. На девушку, которую спустя час арестуют и отвезут в тюрьму.

За все эти полтора десятка лет не могу вспомнить момент, когда бы Наташа не сделала то, о чем ее попросили. Пожалуй, и не было такого момента. Стальная надежность, не свойственная инфантильному поколению, взросшему в период белорусской диктатуры. Патологическая честность, подчас мешающая отношениям. Гиперпорядочность, зачастую ошибочно принимаемая окружающими за позу.

«Ты точно готова?», – «Да». «Ты понимаешь, что придется сидеть без связи до тех пор, пока не появится возможности выехать из страны?», – «Да». «Тебе придется полностью довериться человеку, который будет заниматься твоей эвакуацией; все решения будет принимать только он». После паузы, словно не желая расставаться с правом контролировать ситуацию, – «да». Несколько недель в доме, вдали от населенных пунктов – без общения,без средств коммуникации. Словно пауза между тюрьмой и свободой. Потом несколько часов езды, пересечение границы. Только она может рассказать, о чем думала в эти часы, кажущиеся бесконечными. Можно только предположить. О друзьях, оставшихся в тюрьме; о нашем друге Олеге Бебенине, которого мы потеряли осенью, накануне выборов; о родителях, которых допрашивают после отчаянного побега дочери...

Преданность профессии сыграла с ней злую шутку. Семейная жизнь до сих пор не смогла встроиться в журналистскую константу. После вынужденного побега из Беларуси, четыре месяца Наташа вынуждена была скрываться у наших родственников в Москве. Тихое заточение в окружении добрых и любящих людей. И вдруг – приготовление обедов и еженедельная уборка квартиры. По собственному желанию, как попытка получения новых эмоций; затем – увлеченно и заинтересованно. И снова, как в журналистике – педантично и профессионально; сосредоточенно и внимательно. Почти полноценное ощущение большой семьи – четверо взрослых и четверо детей. И последующее признание – «оказывается, мне нравится готовить; оказывается, мне нравится большая семья; оказывается – это здорово». Уже без скорби по одиночеству; словно навсегда покидая башню из слоновой кости; словно прощаясь с прошлой жизнью – девочки со сжатыми губами.

Отчаяние. Безуспешная попытка оставаться все такой же «девчонкой из стали», после нескольких месяцев безуспешных попыток выбраться из России. Слезы, которых не дождались следователи КГБ, но которые было не сдержать от невозможности повлиять на ситуацию. Мобилизация на работу, но снова приступ отчаяния. И, как подарок небес, семья, практикующая йогу; семья, до самоотречения готовая помогать. Спасительные медитации, лечебные процедуры. Словно ей нужны были эти четыре месяца для того, чтобы поправить здоровье. Чтобы снова ринуться в бой.

На протяжении всех лет – поддержка родителей. Безоговорочная, основанная на абсолютном доверии. Родители, обожаемые дочерью; родители, которых так не хватало все эти месяцы. Лишь короткие сеансы телефонной связи – с использованием двух компьютеров, чтобы невозможно было отследить звонок. И долгожданная встреча с мамой, которая даже не могла предположить, в какой из стран находилась ее дочь.

Когда она увидела фотографии демонстрации, во время которой Джуд Лоу нес по Лондону ее портрет, пошутила, вытерев слезы: «Теперь жизнь прожита не зря». Не зря. Но не потому что Джуд нес ее портрет, а потому, что продвигается по жизни она правильным маршрутом – последовательно, честно и без ссылок на слабость.

Этот год изменил Наташу. Сквозь ее «стальную» оболочку стал проступать новый образ – привлекательной молодой женщины, готовой к трансформациям, готовой принять себя, изменившуюся. Как будто высокая температура происходящих событий стала отогревать ее, лишая внешней брони. Достоевский в своем «Подростке» написал: «Смехом иной человек себя совсем выдает, и вы вдруг узнаете все его подноготную». Она смеется открыто и задорно, словно демонстрируя нам эскиз себя новой, измененной: открытой, но не для панибратства; рассудительной, но способной на отчаянный поступок; мягкой, но не слабой...

Так получилось, что в авангарде борьбы с диктатурой оказались белорусские женщины – не вытолкнутые мужчинами в первую шеренгу, но вставшие в нее сами. Достойно, без визга и истерик. Просто вышли вперед, и показали как надо. Радина, Богданова, Халип, Коляда, Красовская, Калинкина, Тонкачева, Коктыш, Палажанка... Как на подбор – красивые, умные, отважные, успешные. И каждая – со своей трагедией, со своей болью. Но и со своей силой, которая, в итоге, и сокрушит нынешний порочный режим.


Я

Последнее письмо Саше

Originally posted by kilgor_trautt at Последнее письмо Саше
Последнее письмо Саше

Саша,

Долго сидел перед чистым листом, и не мог начать писать – все не мог найти форму, как к тебе обратиться. Обращаться «на вы» – нелепо, для этого нужно как минимум иметь уважение к человеку, которому пишешь. Да ты и сам, не припомню, чтобы обращался к кому-нибудь «на вы». Писать «здравствуй» было бы странным – хоть я человек вполне гуманистических взглядов, но здоровья тебе не желаю. Посему, так и обратился – «Саша»: неуважительно, фамильярно, и без пожелания здоровья.

Знаю, хочешь спросить – почему я, человек практически незнакомый, решил вдруг тебе написать, вспомнив подзабытый в народе эпистолярный жанр? Попробую объяснить свои мотивы. Очно виделись мы с тобой трижды, и один раз даже пожали руки – было это в те далекие времена, когда большинству населения казалось, что тебя еще можно перевоспитать. Я был тогда журналистом, ты – начинающим царем. Мы находились в перманентном конфликте: я портил тебе настроение своими статьями и коллажами, еженедельно выходившими на последней странице газеты «Имя»; ты – последовательно закрывал все газеты, в которых я работал.

Но пишу я тебе совсем не поэтому: мог ведь просто ждать своей минуты радости, воспользовавшись неопровержимой мудростью – «если долго сидеть на берегу, увидишь как по реке проплывает труп твоего врага». Ты заставил меня писать, посадив в тюрьму моих друзей. Посадил цинично, подло, проведя их через все круги ада – пытки, унижения, физические страдания. Когда-то один из них – Андрей Санников – писал тебе письма, публикуя их в газетах, и пытаясь наставить на путь истиный: сначала два «Письма Саше», потом «Предпоследнее письмо Саше». Не так давно я понял, что больше он тебе писать не будет – теперь уж вы вряд ли пересечетесь: когда он выйдет на свободу, тебя уже не будет. Вы разошлись во времени – какой смысл человеку, думающему о будущем, общаться с человеком, живущим прошлым. Но будет несправедливым, если никто больше не сможет сказать тебе, что думает о твоей персоне. Поэтому я и решил написать. Написать, чтобы ты понимал – всегда найдется человек, который черкнет тебе пару строк. Пусть даже и в тюрьму.
Read more... )

Я

Коллекция палачей

Originally posted by kilgor_trautt at Коллекция палачей
Photobucket

Судья Алла Булаш. Именно она сегодня озвучила жесткие приговоры Виноградову, Киркевичу, Дрозду, Протасене и Хомиченко. Злая ирония, но именно женскими руками ведутся расправы. Виноградову и Киркевичу дали больше, чем Хомиченко, который действительно бил стекла в Доме правительства. И это видно на всех кадрах. К тому же, раньше сидел. То есть рецидив.

Конечно, никого давно не удивляет, что наш суд не только слеп, но и глух к любым аргументам. Но все-таки какими-то человеческими доводами эти женщины-судьи себя оправдывают. Наверное, тем, что им надо думать о своих детях...

Алесь Киркевич женился за неделю до ареста. Правозащитники единодушны в том, что по нему не было представлено вообще никаких доказательств. Но у Аллы Булаш рука не дрогнула: приговор -- четыре года.

Светлый мальчик Паша Виноградов пишет светлые письма своей девушке Светлане, и теперь она с грустью гвоворит, что придется гулять свадьбу в колонии... Но у судьи и по этому поводу нет эмоций: приговор -- четыре года.

Они отсидят, они молодые. Но как же тяжело будет сидеть тем, кто творил все это беззаконие, кто уже немолод, и кого ждет старость в тюрьме. Хорошо, если дети, ради которых они топтались по чужим судьбам, не отвернутся. Но я очень сомневаюсь, что у подлых людей могут вырасти достойные дети.

И в любом случае есть Божий суд. А потому пусть не спрашивают "За что?" Именно за это.

via [info]skalinkina 
Я

Спасите ребенка!

Originally posted by kilgor_trautt at Спасите ребенка!
Министру труда и социальной защиты Республики Беларусь Щеткиной М.А, председателю Общественного совета Республики Беларусь по нравственности Чергинцу Н.И.

Мы, неравнодушные граждане Республики Беларусь, а также других стран, глубоко обеспокоены морально-психологическим состоянием сына Президента Республики Беларусь Лукашенко Николая, а также обстановкой, в которой этот мальчик воспитывается. Мальчик де-факто является заложником рабочего ритма Президента Лукашенко, который постоянно берет сына в рабочие поездки, на деловые и иные встречи. Данный ритм абсолютно не подходит для шестилетнего малыша. Он фактически разлучен с матерью, что также негативно сказывается на психологическом состоянии ребенка.

Однако, особую нашу озабоченность вызывают вопиющие факты пренебрежения своими родительскими обязанностями со стороны Лукашенко А.Г. Так, 11 апреля 2011 года в Минском метро произошла ужасающая трагедия, унесшая жизни 13 человек. Президент Лукашенко спустя несколько часов после трагедии побывал на месте взрыва, но каково же было наше возмущение, когда на станции метро он появился вместе с шестилетним Николаем! При этом, на станции продолжали находиться тела и фрагменты тел погибших (см. фото и видео по ссылкам ниже), и Коля, без сомнения, стал невольным свидетелем этой ужасной картины. Подобные «методы воспитания мужественности» могут сильно травмировать хрупкую детскую психику, оставив непоправимые последствия на всю Колину жизнь. Эти шокирующие кадры облетели весь мир, поэтому мы обращаемся к Вам, уважаемый Николай Иванович, в рамках данных Вам полномочий, дать морально-этическую оценку поведения гражданина Лукашенко А.Г. и высказаться по этому поводу. Ваш авторитет и мировое признание без сомнения помогут формированию общественного мнения по данному вопросу. Мы также обращаемся к Вам, уважаемая Марианна Акиндиновна, с просьбой дать социально-правовую оценку действиям отца Николая и инициировать процесс лишения гражданина Лукашенко А.Г. родительских прав.

Если вы неравнодушны к судьбе мальчика Коли, разместите это обращение в своем блоге.

Я

Теория Войны

Originally posted by kilgor_trautt at Теория Войны
Николай Халезин
Теория Войны

Жесткое подавление мирной демонстрации 19 декабря многие аналитики и журналисты сочли паникой власти из-за неминуемого поражения, которое могло произойти в случае честного проведения процедуры президентских выборов. С этим сложно не согласиться, но правда в том, что выборная зачистка политического поля стала лишь первым этапом новой стратегии Александра Лукашенко – «войны во спасение».


Поначалу, жесткое подавление демонстрации вызвало даже не недоумение – оторопь. Зачем Лукашенко устроил кровавое побоище, если он и раньше фальсифицировал выборы, игнорировал массовые выходы демонстрантов на улицу, плевал на международное общественное мнение? Дальше ситуация развивалась и вовсе алогично: конфликт с Россией перешел в перманентный режим, началась «ядерная война» с Литвой, межнационально-журналистский конфликт с Польшей... 11 апреля в минском метро раздался взрыв...
Read more... )